В перещепинском кладе найдено несколько посудин из драгметаллов, на которых сохранились латинские или греческие клейма, пометки, надписи и рисунки. Самое важные из них в реальном контексте я уже разобрал (Перещепинские знаки власти – https://inform-ag.ru/publications/459/). Не всё оказалось византийским. В том числе сомнение вызвала, но не была прочитана надпись снизу на ручке какой-то ёмкости, по виду похожей на ковш (по клеймам обычно датируется 582-602 гг.). Её с самого начала, ещё А.А. Бобринский (Перещепинский клад // Материалы по археологии России. №34. Пг., 1914. http://kronk.spb.ru/library/bobrinskoy-aa-1914.htm), считают технической греческой, указывающей, что ковш (диаметр чаши около 25 см) имел отношение к «рукомойнику» как пара кувшину объёмом около 4 л. (В.Н. Залесская, З.А. Львова, Б.И. Маршак, И.В. Соколова, Н.А. Фонякова.  Сокровища хана Кубрата. Перещепинский клад. СПб, 1997, с. 114 – http://kronk.spb.ru/library/1997-spb-shkpk.htm). И по виду посудины ясно, что этот ячеистый ковш служил не для питья (неудобная плоская ручка и широкая плоская кромка), а в самом деле для омовения рук.

Разумеется, в нижней части могли сделать любые технические обозначения. Даже такое путаное название χερνιβόξεστον (по И.Х. Дворецкому, χερνίβιον-тазик для омовения рук, ξέστης-кружка, мера объёма; буквально, с орфографической ошибкой согласования, тазик кружки для ритуального омовения). Кажется, это могли указать на даре тому, кто плохо представлял назначение. Но в таком случае возникает логическое противоречие. Получатель должен был понимать по-гречески и как-то знать ритуалы. Тогда подобное обозначение для него было не очень нужным. Но кроме предмета и семантики сопротивляется и грамматика, и всё написание в целом. Странно, что проигнорировано сомнительное окончание. И вообще χερνιβόξεστον нужно ещё постараться найти (приняв листикообразный рисунок за ερ, W за лежащую сигму, У за ню).

Залесская (автор разбора надписи из упомянутой монографии) ссылается на В.Н. Бенешевича, что это образование от χέρνίβον-тазик и ξέστος-кувшин (с. 115). Боюсь, тут недоразумение, и не одно. У Бенешевича так: «εςτ[] το χερνιβό[ξεστον] συν τоυτω λιτρας η оυγκιαν α γρα[μματα] κ. Под χερνιβόξεστον разумеется прибор для омовения рук архирея при служении в церкви, состоящий из тазика (χέρνίβον) и кувшина (ξέστος или ξέστον). Из надписи на тазике клада ясно поэтому, что надо к нему отыскать кувшин, весящий около 3 фунтов» (К изучению Перещепинского клада // ИАК, 1913, т. 49, с. 105-106 – http://www.library.chersonesos.org/showtome.php?section_code=2&tome_code=181). Как видим, представление о приборе из двух предметов (и второй предмет подобран по весу) возникло из чтения надписи. В ней, однако, такого сложного слова нет. Оно лишь предположено. И явно ошибочно: почему-то не совпадают клейма на предметах одного прибора, даже формально слово вставлено без объяснений, кружка превращена в кувшин, а ξέστης – в ξέστον, в.п. от ξεστός-тёсаный, выстроганный, гладкий?). Очевидно, Бенешевич, прочитал видимый ряд «Зιεvvтоυ ω» сначала как ξέwτον > ξέστον, потом исключил его из-за ошибок и прочитал (Зι)συν τоυ[τ]ω (`с этими`), не отметив замены и вставки, но затем, придумав вставку сверху, всё же вернул ошибочное слово для вдруг найденного удобного смысла с объединением массы двух посудин (кувшин заменил кружку исключительно из-за подходящего веса). Ещё удивительнее, что в продолжении надписи не написано ни одного того слова, которое бы позволило вывести такой важный смысл (в самом деле уместный как маркировка прибора и веса). Из 6 знаков выведено 6 слов, которые надуманы исключительно на основе произвольно и немотивированно выделенных букв, частью принятых за цифры (h-8, α-1, Κ-20), частью за сокращения слов, почему-то не отмеченные: S/λ-λιτρας, γ/Y-оυγκιαν, IР/YР-γραμματα. Понятно, предположены акрофонические сокращения мерных единиц, но уж больно натянуты буквы. Если заметить, что и два первых слова, сверх упомянутых, прочитаны не так, как написаны, с произвольным опознанием и перестановкой букв, то выйдёт, что во фразе из 12 слов нет ни одного слова, кроме артикля το, которое не было бы исправлено. Не мудрено, что Бенешевич не дал точного перевода, т.к. точный просто невозможен («Есть тазик кувшина, с этими (=в них совокупный вес) литры 8, унции 1, граммов 20»).

Авторы монографии пошли ещё дальше, тоже никак не мотивируя разницы написаний одних и тех же и выбора всех букв, но пытаясь стандартизировать греческую орфографию, при этом внося свои неоговариваемые правки и ошибки и дав свой уклончивый перевод:

(с. 144).

Перещепинской надписи не повезло. Редко можно встретиться с таким филологическим невниманием к источнику и таким произволом интерпретации, полностью подменяющим написанный текст какими-то отдалёнными фантазиями.

Между тем фото позволяет увидеть многие реальные, а не придуманные детали. Не буду о штемпеле, который не читается и, самое главное, приложен до надписей, раз уж они обходят штемпель. Видны знаки нескольких написаний разного времени. Всюду, кроме двух явных строк, едва просматриваются и не читаются множественные риски когда-то процарапанных букв и рисунков (самый явный – человечек в правой части). Хорошо заметны отдельные знаки, разбросанные преимущественно в верхней части: слева звёздочка, слитая с К (видимо, ключик, тавро, клеймодержатель), правее по верху был ряд букв, из которого можно опознать то ли Х, то ли ϵ, а справа то ли I, то ли R). Под Х/ϵ в междурядье остатки каких-то каракулей, на которые частично налегли буквы и явных строк.

Почти все буквы обычны. В первой строке неоднозначна только 7 слева, похожая не на ερ, а на лигатуру ωρ, вроде бы даже с титлом, визуально – на листик или на ключ. Буквы 13 и 14, смешавшись с нижними остатками скорее опознаются как ιС (над первой возможна ϵ). Во второй строке в предпоследней лигатуре заметны три-четыре слоя написаний. Точно разделить их невозможно, но можно произвольно выделить листоподобную букву О/Θ/Φ (бледную, самого нижнего, утраченного слоя, над которой есть что-то похожее на титло-крышечку Ô), лигатуру ΔР, подчёркнутую IР, IS, Iϩ и даже невероятную LР (фантомную из-за невозможного смешения латинских и греческих знаков).

Все легко опознаваемые буквы относятся к греческому курсиву (S – открытая сигма, h – ита). Если проанализировать разницу изображения одинаковых букв, то можно понять, что автор пытался, забивая нижние просматривающиеся контуры, выбрать более однозначные конфигурации новых букв. Абрис первой омеги в лигатуре ωρ определён желанием изобразить ключ (мотив ключа появляется второй раз, конечно, не случайно). Вторая омега угловатая, чтобы перекрыть элементы предыдущей буквы. Последняя справа стоит отдельно и свободно, отчего исполнена традиционно. Две открытые сигмы почти одинаковые, в виде лат S, луновидная сигма, вписанная поверх ε, избрана, чтобы не получилась нежелательная кси (ξ). А в самом большом смешении букв пришлось даже писать зеркальную S, чтобы скрыть Р.

Судя по размерам, по расположению букв на ручке и по почеркам, из двух строк сначала была написана вторая, короткая: как раз по центру ручки, за клеймом, после косой линии, как-то увязывающей слова с клеймом (подводящей знаменатель под клеймо, смысловой итог, корректирующий клеймо). Две буквы (h, К) преувеличенно большие. Они похожи между собой (также с α) и длинными нижними хвостиками, хотя в К он самый изящный и правильный, явно другой руки. Конечно, h и К указывают какой-то ключевой акцент (поэтому их и приняли за цифры). Но скорее всего, h было началом фразы (позже по этому образцу сделана почти унциальная α как начало первой строки). А в конце – какой-то другой, логически ударный, важнейший смысл. Поскольку К больше всех букв, следует за многократно забитой лигатурой, нужно думать, что К, замещая зачеркнутый смысл лигатуры, тоже является сокращением. Несомненно, что S перед h вписана позже приписки К, угловато подражая S первой строки и вынуждено стыкуясь с косой линией слева. Очевидно, последнее исправление придавало новый смысл прежней короткой надписи или даже корректировало её.

По этой логике мотивации знаков, самый поздний текст восстанавливается так: ατsτоχωρNiβоЗι(ϵ)сωτоυ ω / shγαiϩK. Нужно учесть акценты ключа перед всей фразой, в её начале и в конце (в лигатуре под крышечкой). Начальный акцент всегда служит зачином, вводящим категорию сообщения. Обычны крестики в начале писем, а также по ходу, при упоминании важнейших предметов. Видимо, ключик-клеймо перед сообщением указывал новое, текущее клеймление ковша службой учёта и хранения, которое замещало клеймо изготовителя (это же поддерживается и косой итоговой линий после штемпеля в начале второй строки). Появление видимого ключика в начале сообщения скорее всего указывает слово, обозначающее службу учёта. А лигатура под крышечкой в конце – ту властную инстанцию, кому служит служба и кому принадлежит драгоценная вещь, которая тоже может быть названа между. Уже можно понять абстрактное содержание записанного сообщения: такая-то учла нечто для такого-то.

Сочетание всех букв вполне удобопроизносимо в греческой огласовке. Но явного словоделения нет. Опыты обнаружения греческого языка были очевидно провальны. Возможно, не случайно выделена ω. Если это одно слово, то подходят латинский предлог a/ab (от), русский союз А или предлог О/Об. Латинский текст в то время и в том наборе вещей писался бы латинскими буквами. Поэтому вероятнее русский или любой славянский язык.

На самом деле текст легко читается и без этих предварительных подсказок. По самой прямолинейной транслитерации: Ат стохорни вокси сотоу а с ига иск (красным выделена единственная неустановленная буква). Если учесть все естественные фокусы, по Храбру, «неустроенного письма» и гиперкорреции произношения (χ отражает чуждый фрикативный γ, а ξ – дз), да перевести из «олбанской» орфографии в современную, будет так: от стогарни водзе соту, а с ига иск, т.е. от стогарни-кладовой, через спецхран възе (аор. взя-взято, взяли, ввели, привадили, увозили) соту (сотовый, ячейстый ковш, сотейник) как иск ига, налогового искания, поступления. Ныне отсутствует только слово стогарня, складовая служба, хотя оно сохранилось во множестве производных: стажок (сажок, клеть) и горница, стогны (площадь), стан и станица, здание, стога и стожары (шест и созвездие), укр. стожарня (амбар, сенник), греч. στεγνόν (кров, убежище), г. Στάγειρα, англ. store-кладовая, склад, storage-хранение. Мотивационно стогарня (в русском произношении) или стагiрня (в украино-белорусском) – это стайка, место гортания (загребания), сортировки, мытья, обработки гарних продуктов и вещей, позже –  гартування, горячей обработки, клёпки и кузни, наконец, маркировки и хозяйственного хранения. Именно это последнее значение было актуальным в момент написания. Уже позже в локальных хозяйствах-ставях стогарни были переосмыслены в нижние клети стаек и верхних, горних горниц. Слово окончательно распалось на два.

Возможное затруднение в понимании связано всё же не с уникальностью этого слова, а исключительно с тем, что все знакомые слова употреблены в непривычных нам коннотациях. Сота, соть точно обозначает ячеистую посудину по её внешнему сходству с пчелиными сотами. Аорист глагола взять не только дан в самой архаической форме, в которой явно не различены лица, числа и времена (также и настоящего времени). Кроме того, и орфография далека от полурегулярной двухъеровой древнерусской (взяти, възяти), а похожа на «бытовую» новгородскую, точнее, полурегулярно-одноеровую (возяти, вернее, водзяти, с белорусским акцентом). Иск – ещё не процедурное действие, а искомый предмет. Также и иго – не игла в ярме-хомуте и не общее юридическое отношение, а конкретное налоговое действие-приход. Даже союз А употреблен в своём универсальном значении любой связки (ныне за ним сохранились только соединительные и противительные значения).

По этому написанию и толкованию фразы понятно, что она сделана ключником княжеской кладовой, прямо продемонстрировавшим свой статус изображением ключа в слове по примеру верхнего, но в отталкивании от него. Рисунки ключей не случайны, а имеют какое-то значение.

Как сказано, первый больше похож на тавро, клеймо с ручкой. Если там в самом деле пентаграмма, то она может быть как греческой (пифагорейским знаком стихий), так и христианской (знак ран Христа). И то, и другое маловероятно, но возможно, если ковш изготовлен намного раньше нескольких последующих клеймлений. Больший срок эксплуатации хорошо бы объяснил, почему стерлись рисунки и надписи этого, едва просматривающегося слоя.

Ключик в стогарне исполнен как изящная лигатура греческих курсивных букв ωρ. Поскольку они увенчаны титлом-крышечкой, это является прямым указанием на стяжённое написание широко употребительного сочетания слов (ср. члкъ-человек, стго-святого, Бца-Богородица), которое вдобавок титлованной короной указывает властную организацию, государство. Не составляет труда опознать ωлго-русь, как долго писали греческими буквами (см. например, болгарские памятники: Читы волеговы – https://inform-ag.ru/publications/400/), имея в виду Ўолгорусь, Волгорусь, что позже сохранилось лишь как Олегова Русь. Таким образом, полностью фраза должна звучать так: От стогарни Волгоруси взя соту, а (которая) с ига иск (поступление).

Против ожидания оказалось, что служба и власть искусно представлены одним украшенным словом, а целевая адресация службы к власти выделена особо как приход по игу. Значит, главный смысловой акцент фразы сделан на это, а графические акценты будто бы прямо и не сыграли. Но, как было замечено, эта последняя правка скорее всего корректировала предыдущие графические акценты. Их можно понять, если прочесть предположенную начальную короткую надпись: hγα ΔР. Поскольку и тут лигатура явно титлованная, то и она была сокращением – Ига ДоноРуси. Такая лигатура и такое сочетание букв и слов неоднократно встречаются в обозначениях на вещах (самое массовое см.: Причерноморские логины – https://inform-ag.ru/publications/454/). Эта надпись является совершенно деловой маркировкой, сделанной после штемпеля (обозначавшего изготовителя или прежнее место владения) и указывающей нового владельца и порядок налогового поступления.

По количеству штемпелей и уже замеченных редакций надписи понятно, что процедура смены хозяина повторялась не раз. Несомненно, К после забитой ΔР, переправленной в Iϩ, указывала нового владельца лигатурой из одной буквы КYι: ига из Кии. Легко заметить смещение смысла ига. Формально это уже не приход Кию, а его расход. Возможно, кто-то настоял, опознав свою посудину, чтобы указывался источник прихода. Но это маловероятно, если предмет продолжал храниться у донорусов, а не у киян. На самом деле, только фактические владельцы могли стереть имя прежнего владельца и вписать новое. Тут просто включается лукавость украинского языка, в котором предлог Из имеет по сравнению с русским, двусмысленную сочетаемость. Ига из Кии – это ига Кия, из казны Кия, окончательно оприходованные накопления казны.

Однако эта редакция всё же была исправлена с деликатным, но точным указанием фактической власти и со специальным акцентированием подлинного значения ига, что это налоговый приход, а не расход и не имеющийся баланс. Поскольку К приблизительно одной чёткости с предыдущим и последним уровнем гравировки, понятно, что промежуточная редакция существовала недолго. Если сокровища в Перещепине были закопаны в кон. 7-нач.8 вв., то очевидно и записанное преемство с летописанием. По ПВЛ, в легендарной древности 882 г. кийских самозванцев Аскольда и Дира сменил Олег и Игорь, сын Рюрика. И то, что началось с правления Олега и Игоря в  том числе в Киеве, в 20 в. стали называть по политическим причинам Киевской Русью. На самом деле варяжская Олегова Русь, Вологорусь, переосмысленная позже в Великорусь, стала очередной государственной институцией после Кийской (оборской-аварской, обороняющей кии-края Руси), ранее сменившей Донорусь. Для полноты картины, нужно знать, что Донорусь была временным местным хозяйствующим центром Доно-варо-руси, издревле контролируемой волгами и донцами (вполне возможно, что исходно была обычная лигатура ФР-ўар-русь). Что-то пояснила бы и смена клейм на посуде. Бенешевич ничего толком не описал и не показал, а только заверил по прецедентам, вычитывая лишь знакомые буквы в разных клеймах (на дне три из четырёх: ΜΑ[ΞΙ]ΜΟΣ, [+]ПАТ РI[КIС],  ПАТРIКIС, на ручке: [П?]РА [Х?]ЕNНС).  К сожалению, мне не попались (или я упустил) более точные отображения и разборы.

И этому обобщению, сделанному на основе полного чтения инвентарной надписи, в тех же самых названиях государственных образований и народов, как ни странно, есть множество подтверждающих документов на самых разных языках и системах письма со всех концов Европы. Кое-что я уже упомянул. Полностью см. журнал «Четьи-История» за много лет, начиная со «Сборки плана истории» – https://inform-ag.ru/index/4/.

Для ориентации в проделанной работе поясню. Сборкой события бытия мировой истории я занимаюсь всю сознательную жизнь, уже в университетском дипломе 1987 г. показав реальную схему универсума. А чуть позже, в 1989 г. представил модель хронотопа истории в «Опыте философии литературы» (через онтологии ключевых образцов мирового эпоса) (https://inform-ag.ru/publications/391/). Первая сборка уже не литературной, а всей реальной мировой истории исключительно на основе анализа межъязыковой семантики 30-40 языков сделана ещё в 2009 г. в книге «Поэтика истории» (https://inform-ag.ru/publications/186/). В 2017 г. в книге «Гидроним Волга как упаковка реальной и языковой истории» проведена системная тематическая проверка историографических источников и обнаружены системные провалы, ошибки и подтасовки, филологии и историографии (из которых вытекают подгонки историологии и археологии) (https://inform-ag.ru/publications/19/). Адаптированную популярную сводку подходов и событий мировой истории см.: По делу истории. Сообщение общего дела предков – https://inform-ag.ru/publications/188/. В статье «Сборка плана истории» была поставлена цель системной проверки всех памятников письма для выяснения подлинных сохранившихся сведений с попыткой привлечения активных профессионалов и знатоков. Само собой, привлечение не удалось. Как всегда, никто не пошёл на контакт и даже ничего не прочёл (больше того, спецы, которые удосуживаются ответить, часто с порога ложно заявляют, что они не спецы по своим же исследованиям и на этом основании читать и понимать не могут). Таким образом, я делал всё в одиночку, постепенно охватив круг памятников где-то за 3-4 тысячи лет. Сейчас проверка легко замкнулась в круг. Поэтому вполне просматривается картина развития письма и реальных событий, из неизвестной древности последовательно переходящих хоть и в мифологическую, но широко известную. На основе этой предварительной информации уже можно более детально исследовать и строить историю письма, а также пересматривать данные археологии, историологии, геногенеалогии и других естественных наук, чтобы выйти на полную картину реальной истории.

Без широкого оповещения и массового участия специалистов ничего точного и полномасштабного уже сделать нельзя. Но ситуация такова, что свободных газет, журналов и издательств не существует, везде цензура лично-родственных связей (публикуют и продвигают по блату и корысти только необязательные политкорректные пустяки). Интернет, начиная с адресации и настройки алгоритмов поисковых машин, под полным контролем частных и государственных мошенников, зашибающих свой интерес и деньгу путём манипуляций с самыми массовыми и низкопробными запросами, идеями, разработками, блокируя и тормозя всё неугодное. Ещё хуже, что нет и свободных читателей, которые бы интересовались хоть чем-то, кроме надутого в уши массового, политического и  мошеннического шума, и которые могли бы прочесть до конца и подлинно понять хотя бы небольшой целостный, жанрово организованный текст. Некого просить, чтобы прочли, тем более, чтобы передали другим ссылку о важнейшем чтении жизни. И сейчас я всё это формулирую лишь для того, чтобы проверить вас, ваше невнимание, нечтение, неинтерес, и убедиться, что мои взывания не стоят даже усилия набить текст клавой по электрической пустоте. Увы, так и должно быть. Если соотносить с перещепинским схроном, впереди ещё лет 200 нового Средневековья – деградации хозяйств, существования, пропитания и, конечно, ума. Одна надежда, что плотность событий и изменений в единицу времени сейчас тысячекратно больше.

---